УФ-индекс: кто его придумал и работает ли он

Зачем вообще понадобилось число

Солнечный ультрафиолет делят на три вида по длине волны: UV-A (315–400 нанометров), UV-B (280–315) и UV-C (100–280). До поверхности земли UV-C не доходит вовсе — его поглощает атмосфера. Доходит весь UV-A и примерно десятая часть UV-B. Этой десятой части хватает: именно UV-B отвечает за солнечный ожог.

Международное агентство по изучению рака относит ультрафиолетовое излучение к первой группе канцерогенов — той же, где табачный дым и асбест. Это самая сильная категория: она означает, что доказательств у человека достаточно, а не что излучение опаснее всего остального.

И тут возникает практическая беда, которую авторы разбираемой работы формулируют прямо в первых абзацах: у человека нет органа чувств для ультрафиолета. Мы чувствуем тепло, видим яркость — но и то и другое к УФ отношения почти не имеет. Связь ультрафиолета с температурой воздуха слишком слаба, чтобы судить об одном по другому. Поэтому «сегодня прохладно, можно не мазаться» — не рассуждение, а угадывание.

Отсюда идея: раз чувствовать нечем, нужно показывать число.

Как считается индекс

Приборы измеряют, сколько энергии приходит на каждой длине волны. Но обжигают эти волны по-разному: излучение около 300 нанометров краснит кожу в тысячи раз сильнее, чем около 330. Поэтому каждую часть спектра умножают на её «вес» — насколько именно она способна вызвать покраснение. Такой набор весов называется эталонной кривой эритемы и утверждён Международной комиссией по освещению.

Взвешенные части складывают, сумму умножают на постоянный множитель — и получают безразмерное число, которое округляют до целого. По определению индекс отражает дневной максимум, а не среднее за сутки: техника считает его как самое высокое получасовое среднее за день. Важно, что этот максимум держится не полчаса: по формулировке ВОЗ, публикуемый уровень относится к четырёхчасовому промежутку вокруг солнечного полудня. Солнечный полдень при этом не совпадает с двенадцатью на часах — в зависимости от места и перевода стрелок он приходится примерно на промежуток с 12 до 14 часов. Поэтому «УФ-индекс 7» — это про середину дня, а раннее утро и вечер заметно спокойнее.

Считают его тремя способами. Первый — прямые измерения наземными приборами: спектрометрами и широкополосными радиометрами. Второй — расчёт по другим наблюдениям через модели переноса излучения: главное здесь количество озона в столбе атмосферы и толщина облаков. Третий — спутники, которые видят и озон, и облачность. Прогноз индекса на завтра — всегда расчёт, а не измерение.

Fioletov и соавт., Canadian Journal of Public Health, 2010: средние полуденные летние значения над США и Канадой. Верхней границы у шкалы нет — «11 и выше» просто последняя ступень, а не потолок.

Короткая история: Канада, озоновая дыра, ВОЗ

Индекс родился не из медицины, а из тревоги про озон. В 1992 году канадская государственная служба ввела его у себя — на фоне разговоров о том, что разрушение озонового слоя пропустит к земле больше ультрафиолета. Идея оказалась удачной, и в 1994 году Всемирная метеорологическая организация и ВОЗ приняли индекс как стандартный показатель уровня УФ.

Через год ВОЗ вместе с Всемирной метеорологической организацией, Программой ООН по окружающей среде и Международной комиссией по защите от неионизирующих излучений утвердила слегка изменённую версию канадского оригинала уже как глобальный солнечный УФ-индекс. Дальше — важная деталь, которую стоит запомнить.

Практическое руководство 2002 года и ввело ту самую пятиступенчатую шкалу, которую ты видишь в приложениях: низкий, умеренный, высокий, очень высокий, экстремальный. К каждой ступени привязано сообщение — от «можно спокойно быть на улице» до «избегай улицы в середине дня». Общий порог — защита рекомендуется начиная с 3.

Сообщения рассчитаны на светлокожих людей и не различают, сколько времени человек проводит на солнце. Руководство при этом прямо разрешает странам менять схему у себя — этим разрешением дальше воспользуются несколько государств, и не зря.

Главный вопрос: дошло ли число до людей

Индекс задумывался как инструмент профилактики. Значит, у него есть проверяемое обещание: люди о нём знают и на него смотрят. В 2025 году группа Ирис Кайзер и Олафа Гефеллера из Эрлангенского университета проверила это обещание по всей доступной литературе.

Работа устроена дотошно: поиск по десяти базам данных (PubMed, Scopus, Web of Science и другим), плюс реестры клинических исследований, плюс «серая литература» — то, что не попало в рецензируемые журналы. Из трёх с лишним тысяч найденных ссылок после отсева осталось 39 исследований в 40 публикациях. Качество каждого оценивали по формальному чек-листу для исследований распространённости.

Первый вопрос — слышал ли человек об УФ-индексе вообще. Объединённая доля по популяционным исследованиям всего мира — 48% (95% ДИ 32–64). То есть примерно половина. Но за этой половиной прячется огромный разброс между странами.

Kaiser и соавт., 2025. I² — мера того, насколько исследования расходятся между собой; 99% означает, что общая цифра почти ничего не описывает и смотреть нужно по регионам.

Австралия здесь — не загадка. Там самая высокая в мире заболеваемость меланомой, и с 1988 года работает национальная программа солнечной защиты SunSmart: реклама, школы, детские сады. Сегодня письменные правила защиты от солнца есть в 97% дошкольных учреждений и 90% начальных школ штата Виктория. Тридцать лет кампаний дают девять человек из десяти, знающих про индекс.

Второй вопрос жёстче: знает ли человек сегодняшнее значение. Здесь объединённая доля — около 9% (95% ДИ 4,3–17,9), а в австралийских работах, где спрашивали строго, — 5,9%. В нескольких исследованиях просили назвать число открытым вопросом, без подсказок: правильно отвечали не более 9% участников.

Третий вопрос — пользуется ли человек индексом, чтобы решить, мазаться ли кремом и идти ли в тень. Здесь мета-анализ сделать не удалось: вопросы в исследованиях слишком разные. Но картина по отдельным работам однообразна.

• Австралия, четыре исследования: от 8% до 13% используют индекс для своей защиты.
• Европа, семь исследований: от 8% до 33%, причём верхняя цифра — из работы, где спрашивали «пользовались ли хоть раз-другой», а не о регулярной привычке.
• Самая низкая доля — 7,7% — у немецких родителей детей 5–6 лет. Это те, кому индекс полезнее всего.
• Швейцария, ежегодные опросы с 2002 по 2008 год: доля тех, кто ищет сведения об индексе, держалась на 3–4% и не росла.

Вывод авторов звучит почти растерянно: более 90% австралийцев знают об индексе, но меньше 10% меняют из-за него своё поведение. Знание не превращается в действие.

Это не первый такой ответ

Работа 2025 года — третья по счёту. До неё было две.

Три независимых обзора за тринадцать лет приходят к одному и тому же. Обзор 2025 года — первый, который оценивал качество включённых работ и делал мета-анализ.

Находка Хекман про загар заслуживает отдельной строки. Индекс задумывался как предупреждение, но человеку, который специально ищет солнце, он служит подсказкой наоборот: сегодня «хорошо загорается». Инструмент нейтрален, а цели у людей разные.

Авторы обзора 2025 года не считают, что индекс надо выбросить. Их вывод в другом: одного числа мало. Работает то, что объясняет, что с этим числом делать в конкретной ситуации — в единственном найденном ими вмешательстве люди стали чаще смотреть на индекс после практических занятий, где учили читать прогноз.

Слабое место самой шкалы

Здесь начинается самая неожиданная часть. Разберём нижнюю ступень: значения 0, 1 и 2 — «низкий уровень», сообщение «защита не нужна, можно спокойно находиться на улице».

В 2019 году группа Марии Леманн из того же Эрлангена задала простой вопрос: а на чём эта граница основана? Ответ — ни на чём опубликованном. В документах ВОЗ нет объяснения, как категории выведены и как проверялась безопасность привязанных к ним сообщений.

Тогда исследователи взяли измерения. Девять станций немецкой сети мониторинга ультрафиолета, десять лет — с 2007 по 2016 год, 14 431 суточная запись эритемной облучённости в дни с индексом 0, 1 и 2. Для каждого дня посчитали, за какое время человек набирает одну минимальную эритемную дозу.

Lehmann и соавт., 2019: девять станций в Германии, 14 431 день измерений. Все три значения индекса официально относятся к категории «защита не нужна».

Вывод авторов осторожный и точный. При индексе 0 риска действительно нет. При индексе 1 он есть только у самой светлой кожи и только при долгом пребывании на солнце. А вот сообщение «защита не нужна» вводит в заблуждение, если человек со светлой кожей проводит на улице больше полутора часов в день с индексом 2.

Что интересно: до международной гармонизации в Германии к «низкой» категории относили только 0 и 1 — и это лучше согласуется с измерениями. Немецкая комиссия перешла на схему ВОЗ ради единообразия, хотя само руководство ВОЗ разрешает странам отступать от неё. Похожие оговорки живут и в других странах: агентство по охране среды США с 2004 года советует прикрываться при низком индексе тем, кто легко обгорает, а австралийское бюро метеорологии пишет, что защита при 1–2 «обычно не нужна, если только человек не находится на улице длительное время». То есть «низкий риск» — но не «нулевой».

Отдельная просьба авторов на будущее — не называть ни одну ступень шкалы безопасной вовсе: безопасного порога облучения для развития рака кожи наука не знает. И ещё одна деталь про сезон: дней с индексом 2 больше всего в марте и октябре. Ранняя весна опаснее, чем кажется — теплеет, люди раздеваются, а кожа после зимы к солнцу не привыкла.

Что со всем этим делать

• Смотри на индекс, а не на градусник. Ощущение тепла к ультрафиолету почти не привязано. Прохладный ветреный день в горах или у воды даёт ожог легче, чем душный городской вечер.
• Помни, что число — про середину дня. Публикуемый максимум относится к четырём часам вокруг солнечного полудня — примерно к промежутку с 12 до 14 часов и часу-двум по краям. Утром и вечером фактический уровень заметно ниже, и прогулку удобнее переносить по времени, а не отменять.
• Порог 3 — не выключатель. Ниже трёх риск низкий, но не нулевой: при значении 2 светлая кожа краснеет за полтора-два часа. Если ты легко обгораешь и проводишь на улице час-другой в середине дня — крем не лишний и при «низком» индексе.
• Знать своё значение важнее, чем знать про шкалу. Об индексе слышала половина людей, а сегодняшнее значение знают около 9%. Разрыв между этими цифрами — и есть то место, где инструмент перестаёт работать.
• Число само по себе ничего не меняет. Все три обзора приходят к одному: помогает не цифра, а привязанное к ней действие — тень в середине дня, рубашка, головной убор, крем.

В МетеоСфере УФ-индекс показан отдельной карточкой: текущее значение и максимум за день. Основы шкалы — в статье базы знаний «УФ-индекс», а про то, почему ощущение погоды расходится с приборами, есть отдельный разбор понятия «ощущаемая температура».